Поп-музыка как средство оглупления

Эта статья, случайно раскопанная нами на просторах Интернета, хоть и не имеет прямого отношения к фанатской теме, показалась нам достаточно интересной - что называется, для общего развития. Эдуард Лимонов - фигура в наших кругах, очень мягко говоря, спорная. Однако мы считаем, что в данном конкретном опусе он выразил и четко сформулировал близкую большинству фанов точку зрения. Статья представляет собой главу из книги «Дисциплинарный санаторий», изданной во Франции в 1990 г. Правда, ее пришлось слегка сократить. Что поделаешь, фанзин - не энциклопедия. Текст не так-то легко читается, на первый взгляд в нем много непонятного. Советуем: разберитесь. Оно того стоит.

Никогда еще в истории человечества не раздавалось столько музыки. Хотим мы этого или нет, нас купают в музыке в супермаркетах, на вокзалах, в офисах, в ресторанах и квартирах друзей.

То, что обществу выгоден интерес молодежи к поп-музыке, выяснилось не сразу. Обыкновенно спорт и старого вида развлечения были использованы в качестве пасификаторов и оглупителей молодежи. Но после Второй мировой войны в арсенале транквилизаторов появилось новое средство. В пятидесятые годы джаз стал фундаментом субкультуры «beat-generation». Хипстеры и битники показались обществу сначала опасными, но понаблюдав, отцы администрации поняли «единственно крайнего нонконформиста его поколения», как назвала хипстера Каролина Бирд в «Харпэс Базар» в 1957 г.

Потом пришел рок-н-ролл. Образовалось множество музыкозаписывающих компаний, а радио- и позднее теле- завели себе программы с популярными диск-жокеями в седлах, диктующих популярную моду. (В ретроспективе, оглядываясь назад, увидим жирного Элвиса в фуражке-капитанке и с гитарой, соблазняющего chik’s (амер. - буквально - «цыпочек», молодых девушек) на мексиканско-калифорнийском пляже, как ныне недосягаемый эталон мачо. Уже Элвис срывался порой на сладкие нотки кастрата и совершал туловищем телодвижения, в те годы неотносимые к движениям мужчины, но Элвис без сомнения был мужественный тинейджер, лишь грозивший стать пэдэ или трансвеститом.

Flower-children озвучили свое существование как ни одно поколение до них. Философия хиппизма нашла свое наиболее яркое выражение в сладеньких песнях группы «Битлз», в заунывном бормотании Боба Дилана. К инфантилизму, унаследованному от бит-поколения, прибавилась заметная феминизация, - длинноволосая четверка «Битлз» того времени выглядит переодевшимися самочками, не говоря уже об общей нежноголосости и сладкодевичестве голосов. Стрижеными в скобку миловидными девочками выпорхнувшие на сцены концертных залов мира сладкие мальчики «Битлз» точнейшим образом выражали психоструктуру нового поколения европейской молодежи, - ее бессилие, женственность, сладчайший эгоизм и безграничную эмоциональность.

Культ эмоций, начавшийся джазом, растянулся на все пятидесятые, шестидесятые и добрую половину семидесятых годов. (Real man исчез куда-то, засмущавшись, может быть, уехал воевать в Конго, Алжир или Вьетнам). Может быть, потому, что энергия молодежи выразила себя в таком количестве музыкального шума, ярость ее была успокоена марихуаной, активность была убита открытием психоделических драгс, отрицание санаторной цивилизации ограничивалось переворотом в модах одежды и поведения. В пасифизме, sexpromiscuity (она же сексуальная революция), в непротивлении насилию - «Love»...

Хиппи-движение сумело выразить себя лишь в безвольных молодежных бунтах. (Май 1968 г. в Париже, волнения 1969 г. в Беркли и пр.) Парижские молодежные волнения гордо втиснулись в историю под названием «Революция», однако, судя по множеству фильмов-документов, они были скорее массовым мюзиклом в жанре рок-оперы «Джизус Крайст Суперстар». Революция - серьезный жанр, и для постановки его требуются трагические актеры, а не актеры водевиля.

Любая параллельная социальная мода очевидно оттягивает силы и внимание поколения от задачи (чисто биологического инстинкта) отъема власти у старших самцов. Если бы русские юноши 1917 г. имели возможность потерять часть энергии, выразив ее в музыкальных воплях или растворив ее в наркотиках, кто знает, может, Революции не случилось бы. Нормально, что общество встречает всякое новое явление враждебно. Старики-охранители санаторных нравов некоторое время не признавали в переодетых под грязных девочек хиппи своих детей. Но убедившись, что дети также успешно делают деньги на сладких песенках и крашенных вручную тканях, как их папы в адвокатских конторах и докторских офисах, охранители успокоились.

С тех пор у каждой новой бригады администрации нет больших проблем с ряжеными юношами, терзающими музыкальные инструменты на сценах мира. Условность мэссиджа, несомого поп-культурой, понята обществом. Уже черному миллионеру Бобу Марли позволялось распевать и миллионами экземпляров продавать «Я застрелил шерифа» и «Революшн» без того, чтобы кому-нибудь пришло в голову убивать шерифов или совершать революцию. Однако когда из бутика Малколма Мак-Ларена на Кингс Роад вышли в 1975 г. в порезанных тишортс Sex Pistols, старички в администрации все же вздрогнули.

Джонни Роттэн того периода был великолепным образцом тинейдж-мужественности, куда более привлекательным, чем все герои поп-музыки от Элвиса, через кастрированного Боба Дилана до найтклубного и двуполого Дэйвида Боуи. Хулиганистый и агрессивный, злой Джонни Роттэн - как бы реинкарнейшн of bad boys - Рембо и Лотреамона.

В подлинности, на начальном этапе, связей стихии поп-музыки с эмоциональной стихией каждого поколения не приходится сомневаться. «Белый бунт» группы Clash и «Анархия в Юнайтед Кингдом» - Sex Pistols так же выразили свое поколение, как репертуар Фрэнка Синатры - свое время, а «Миссис Робинсон» и «Люси в небесах» - свое. Однако приручить движение, именно возникшее из АГРЕССИВНОСТИ тинэйджеров, оказалось нелегко. Музыкозаписывающему бизнесу пришлось потрудиться. Общими усилиями общества, музыкального бизнеса и части самих punks движение было доместицировано и кастрировано в несколько лет. Сохранив внешние агрессивные атрибуты: металлическую неприятность музыкального оформления, кожу, сталь и черные одежды (превратив их в утрированно-театральные), punk-движение лишили его социальной сути. (Punk-движение было близко к анархизму, было как бы его дада-вариантом, нигилизмом). Clash превратились в такую же странствующую театральную группу, как и Kiss. Даже откровенно тяготевший к культур-фашизму Билл Идол приручен и оформлен в образ свежего атлета. Кажется, вот сейчас он предложит публике покупать только зубную пасту «Сигнал», вынув тюбик из кармана.

Новейшие, восьмидесятых годов звезды и суперзвезды поп-музыки близки к Микки-Маусу, Бэтмэну, Дональду Даку, Супермэну и персонажам Визард оф Оз. Дедушками, первой моделью этой серии являются несомненно знаменитые Kiss. Интересно, что Фрэнк Синатра в свое время был кумиром девочек того же тинэйджерского возраста. Налицо явная инфантилизация вкусов подростков. Мужчина совершенно разгромлен в новом издании рок-стар. Только примеров Майкла Джексона и Принца достаточно, чтобы иллюстрировать пример иммаскуляции. Не мужчина, не женщина, но смесь - трансвестай, смахивающее одновременно на экстратеррестриал существо прыгает по сцене. Существо вызывает вначале неприязнь и недоумение, позже - стыд за него, и в конце концов жалость к уродцу-обезьянке.

Неопределим не только пол уродца, но и раса. Дабы покупатели пластинок и видео сумели преодолеть подсознательный расизм, в целях безграничного расширения рынка кожу Джексона подбелили, выпрямили и выкрасили негритянский колючий кустарник волос, искромсали нос и губы. Любопытно, что писклявое существо воинственно антисексуально. Если коротконогий и жопастый Род Стюарт, похожий на обрюзгшую хозяйку борделя на пенсии, сочится жирным сексом 70-х, «Я-эпохи», то хрупкий травести Майкл Джексон и вульгарный до тошноты latin-antilover маленький Принц - есть барышни-старушки нового времени - эпохи пресной информативной революции бухгалтеров.

Несмотря на его культурную легковесность, феномен поп-музыки следует зачислить в новейшие феномены нашего времени. Содержание сообщения, несомого пластинкой или видеоклипом, в лучшем случае второстепенно (также, как и секс, «поп» не имеет знака. «Рок-н-ролл за мир» - нонсенс), важен сам факт присутствия поп-музыки в жизни вот уже нескольких поколений санаторной молодежи. И теперь уже молодежи всего мира. И не только молодежи. Медиа же, разумеется, возвела исполнителей «поп» в ранг героев нашей цивилизации и спешно присоединила их к Пантеону человечества.

Все это не так безобидно, как кажется. Непомерное изобилие музыки угрожает мышлению. Социальная мода необыкновенно могущественна, и индивидуумам невозможно противостоять массовому психозу. Сама - эмоции, стимулируя эмоции, поп-музыка противоположна мышлению. Враждебна мышлению. Неужели никто не манипулирует увлечениями человечества, когда из других кулис (сами, без тычка в спину?) выпрыгивают Майкл Джексон, Принц, Бой Джордж и вся банда?

Не следует забывать, что санаторная цивилизация обладает достаточной гибкостью, чувствительностью и способностью к присвоению-обезвреживанию новых культурных явлений. (Невозможно было представить, что Clash, кричащие в 1977 году «Бунт! Бунт! Я хочу бунт! Я хочу мой собственный бунт!» - уже через несколько лет станут приличной, кастрированной группой).

Санаторной цивилизации выгодно сегодня приковывать свою молодежь к «walk-man», к радио, к Н1-Ф1 и теле, выгодно кормить молодежь музыкальным шумом, выгодно популяризировать поп-легенды в ущерб легендам о Мужчине-воине, выгодно, чтобы в видео-сценках молодые мужчины, одетые как дети в детском саду, высмеивали свою собственную мужественность. Подросток на пороге половой зрелости, старая блядь, кастрат и гермафродит - вот герои поп-сцены сегодня. Но мужчина? Где мужчина?

Мужественность изгоняется потому, что она представляет собой ненужные и враждебные санаторию и его укладу жизни качества: воинственность, самостоятельную волю человека, его достоинство. Именно они опасны для санаторного общества. Задача санаторной цивилизации - отвлечь молодежь и провести ее без крупных волнений в спокойный период, в тихие воды, лежащие где-то за тридцатилетием. Если искусственно, путем трюков продержать поколение в подростковой стадии как можно дольше, не давая совершиться превращению подростка в молодого мужчину, возможно таким образом выпустить пар из раскаленного котла и избежать взрыва. Даже администраторы куда менее поворотливой разновидности санаторной цивилизации, ее восточной - советской модели, и те поняли наконец усмиряющее, пасифицирующее влияние поп-музыки на молодежь и приобщили ее к арсеналу средств оглупления.