Фан-полемика

Кризис среднего фанатского возраста

Ихтиандр сделал двойник Псков - ЦСКА, вернулся и удивляется: в Москве из четырех сотен рыл выездюков знакомых встретил от силы человек пять. Что, старики перестали ездить за "Зенитом"? Виалли еще в прошлом году встретил меня на мосту через Ждановку и припомнил, как в одном из номеров "ЗЗ" за 1997 год я написал "Выбираю фантизм, а не хулиганизм". И с тех пор на выезде меня мало кто видел. Многие из тех, без кого в самое тяжелое для фанатизма время, в первой половине 90-х, нельзя было представить себе "грядку", взяли паузу и держатся на дистанции -1-2 выезда за сезон. Где Бутерброд? Где Синоптик? Где Капитан, то есть я сам? Тенденция требует осмысления и описания, потому что ее не сведешь к семейным заботами и делам.

Во-первых, конечно, возраст. По себе могу сказать, что когда переваливает за 35, "чистое" и даже где-то детское восприятие футбола начинает потихоньку мутнеть, мутнеть... Недавно с удивлением поймал себя на том, что "Зенит" в телевизоре забил гол армейцам, а я не прыгаю по комнате, как чокнутый и даже не ору. А уж если я не торчу от "Зенита", то, извините, торчать ни от чего больше не могу в принципе. Что поделать - не все мужчины до конца жизни остаются "большими детьми". Искренне рад за тех, кто сохранился.

Во-вторых, замечу, что верность "чистому" фанатизму из старой гвардии сохранили главным образом те, кто не превратил хобби в часть своей работы или приработка (Е2, Дятел, Левша, Тезка или Бублик). То есть не смешали свою любовь к футболу и любимой команде с денежным интересом.. Потому что все остальные - кто стоит за лотками, открывает кафе, вяжет шарфы, штампует флажки и сувениры, пишет статьи в газеты, организует легальные фанатские общества и экскурсии в другие города, просто "помогает" гражданам с билетами на стадион - "разбодяжили" свое отношение к "Зениту". А когда он не отдушина, а что-то обыденное, каждодневное, теряется очень многое. К женщине, за которой ухаживаешь, влечет совсем не так, как к жене после 5 лет совместной жизни. А если взять те полсотни рыл, со многими из которых я одной шинелкой укрывался в каком-нибудь Нижнекамске, то наверное, две трети из них по разным "околостям" и рассосались. Поэтому когда я за пару дней до домашнего матча, бывает, иду по набережной Ждановки и вижу наших "распространителей", мы киваем друг другу, и как по команде утыкаем глаза в землю. Нашему совместному прошлому стыдно за использование "Зенита" в каких-то низких целях. Это как гвоздь распятием забивать.

В -третьих, сегодня изменился и сам зенитовский фанатизм. И, говоря откровенно, не всем моим собратьям-гвардейцам по душе его новое лицо. Я теперь, после Липецка, даже бывая на выезде ни за что не поведу свою дочку в сектор, где может затеяться буза и последовать "зачистка". Раньше цели были все же другие, и к акциям дело не сводилось. В 96-97 годах, когда мы еще ездили, и наша преданность делу помножалась на энергию сотен и тысяч вновь вливающихся, все - и кони, и мясники - признавали нашу поддержку лучшей в стране. Сейчас акценты сместились, и зенитовский фанатизм по хулиганизму поднялся, а в смысле поддержки опустился до пещерно-московского уровня. Раньше мы смеялись, когда вся шиза друзей-коняшек сводилась к редким одноообразным выкрикам "ЦСКА -ЦСКА", а теперь наша грядка со стороны смотрится ничуть не лучше. Тот же Ихтиандр приехал из Москвы удрученный - в прежние времена вдесятером стадионы перекривали, а тут четыре сотни было не слыхать.

Кто-то из моих старых приятелей, как Макс Пацифик, считает для себя возможной активную фанатскую жизнь в новых условиях. Он прав по-своему - существуют объективные тенденции. И правильно пишет молодежь в своем "Ландскроне": если бы в 97-м на Щелчке мы не показали мясу спину, наш фанатизм сегодня прекрасно сочетал бы и перфоманс, и боевую мощь. А раз случилось все так, как случилось, упрекать за сегодняшний его облик некого и не в чем.

Отсюда следует четвертое, и самое важное. Гвардия, которая несла знамя фанатизма через первую лигу, как сказали бы большевики, "выполнила свою историческую миссию" и передала эстафету. Она помогла сине-бело-голубому движению выжить, осознать себя, и объяснила городу главное - что шарф "Зенита" есть знак почета, а не атрибут хулигана. Ведь лет семь назад мы с Сапогом только мечтали о временах, когда каждый идущий на стадион сможет спокойно купить себе сине-бело-голубую розетку, а слово "фанат" не будет ругательным.

Только пусть наши хулиганс не обольщаются - а мои единомышленники, почитающие главным поддержку команды ладонями и глотками, а не кулаками и ботинками D-r Martens, соответственно, не расстраиваются. История развивается по спирали, и новое поколение фанатов, уже идущее на смену "кэшлз", будет копировать с Запада не только моду на насилие и куртки "Umbro". Им обязательно станет мало неразборчивого рыка "Питер - number one" хотя бы из чувства отрицания того, что создали предшественники. И они обязательно захотят, чтобы и наши трибуны пели не хуже англичан или шотландцев. И придумают, не сомневайтесь, что-то такое, что со временем переймет и запоет весь стадион - так же, как он перенял у нас моду носить шарфы.

Вот с этими ребятами мы вместе еще и споем и поездим. Если, даст Бог, доживем.