О выезде рассказывают его участники - Фотик, Сабонис и Француз.

Фотик: Последняя игра сезона (тем более выездная) всегда почиталась фанатами за святое. А то, что в последнем туре ЗЕНИТ играл в Нижнем, позволяло предположить, что поддержать любимый клуб отправится довольно приличная аудитория (всё-таки Нижний не Тюмень, ехать не так далеко). С одной стороны, 125 приехавших суппортёров – цифра весьма неплохая. Но взглянув на выездные результаты этого сезона (особенно в Москву), можно было ожидать и большего.

Добирались, как обычно, разными способами. Во-первых, были скуплены все возможные и невозможные места в самарском поезде, во-вторых, был эксклюзивный автобус от Кастета (что для некоторых фанов уже вошло в привычку), естественно, ехали собаками (куда ж без них, родимых!), а десяток любителей езды с пересадками во главе с Сабонисом и Пацификом отправились через Москву.

Что интересно, большинство "старых" волков поехало автобусом, а на собаках отправилась компания, состоящая исключительно из одной молодёжи. Не сдерживаемые опытными фанами, молодые сорванцы умудрились прибыть в Пешков-CITY за день до игры. И если бы не нижегородские "паровозы", у которых удалось переночевать, несчастные мёрзли бы в вокзальном зале ожидания. Как ни парадоксально, но ехавшие через Москву и выезжавшие из "града Петрова " на "Юности" одновременно с самарским "сине-бело-голубым экспрессом", добрались до цели на пять часов раньше отправившихся на прямом поезде. Но "умом российское МПС не понять" и, возможно, скоро собаки начнут ходить быстрее курьерских поездов (что, кстати, неплохо). Так или иначе, не загруженные подобными глубокомысленными размышлениями, сине-бело-голубые суппортёры в атмосфере спокойной дружеской беседы, нить которой поддерживалась чудодейственной прозрачной жидкостью, тихо-мирно (разумеется, с небольшими натяжками) катились к одному из центральных городов бывшего Владимиро-Суздальского княжества.

Практические занятия на тему: "Бухло и его применение" продолжались в поезде Москва-Нижний. Угомонившись к часу ночи, сине-бело-голубые, наконец, разошлись по своим местам. Засыпая, я думал: какими же грубыми и вульгарными кажутся иногда фанаты, но какие они романтики в душе на самом деле. Они не просиживают всю свою жизнь в дорогих бюро и офисах, "не коптят небо". Они живут полноценной интересной жизнью, они – счастливы! Вот под аккомпанемент таких мыслей и стук колёс я и заснул, чтобы утром проснуться уже в Горьком.

Сей достойный град встречал нас сырым промозглым утром, моросящим дождиком и нестройной толпой юных питерских кинологов, с нетерпением дожидавшихся нас. Не теряя времени даром, FANS двинулись на привокзальную площадь. Пацифик зашёл на минутку в местный продуктовый магазин и вышел оттуда с листком, глядя на который дико смеялся. Начертанная фраза действительно порадовала всех присутствующих. "Продаются мешки по 1000 руб.", – гласила она. Да, нижегородцы явно продешевили...

Следующим номером экскурсионной программы было посещение берега Оки. Здесь произошла акция выезда под кодовым названием "купание питерского моржа в водах великой русской реки". Морозоустойчивостью блеснул Макс Пацифик. Раздевшись догола, он сиганул в уже покрывающиеся льдом воды окской акватории на глазах у изумленной публики. Поплескавшись в воде, Макс всё же решил вернуться к мафии. Проведя на берегу утреннюю винно-водочную зарядку, мы прошествовали в Кремль с целью пополнить свои знания в области русской культуры. Однако ничего интересного, кроме выставки оружия времён Великой Отечественной войны там не нашли и отправились на близлежащий рынок. Вдоволь накушавшись квашеной капусты и солёных огурцов, сине-бело-голубые выехали в район вокзала. Здесь, в туннеле подземного перехода, был проведён ещё один супер-ACTION. Игравший там духовой оркестр Сабонис попросил исполнить "Город над вольной Невой". К сожалению, фанатского хита музыканты не знали и вместо заказанного шлягера сыграли зажигательную мелодию под названием "Весёлый город". Уже после первого такта зенитовский авангард принялся отделывать такие коленца, что фанам позавидовали бы лучшие танцоры мира. Выстроившись "паровозиком", питерские суппортёры носились по тоннелю, угрожая сбить с ног любого, оказавшегося на пути. Происходящее напоминало танцы на трибунах в Волгограде, только нижегородский DANCE был, пожалуй, повеселее (всё-таки мы не "летели" 0:3, как в Царицыне). Напрыгавшись до седьмого пота, сине-бело-голубые отправились пропустить стаканчик с подъехавшими "RED-BLACK TRAINS", после чего встретили самарский поезд.

Сабонис: Как и можно было предположить, его пассажиры тоже даром время не теряли, о чём свидетельствовали нетипичные формы их лиц, характерные для подобного вида отдыха. Наиболее далека от повседневной была форма лица Оптимиста. На протяжении довольно внушительной части пути они с Освальдом пробавлялись тем, что непрерывно спарринговали друг с другом, причём данный спарринг носил далеко не тренировочный характер. В результате такие важные части Валериного и без того не худого лица, как нос, щёки, уши, губы увеличились в размерах примерно вдвое, что сделало его совершенно неотличимым от такого экзотического животного как гиппопотам.

вызывал гомерический хохот у свидетелей его высадки на нижегородскую землю, да и сам Оптимист, похоже, не был особенно отягощён проблемой своего внешнего вида, и, невзирая на определённые неудобства, возникавшие при открывании рта, непрерывно и заразительно покатывался со смеху, осыпая окрестности вокзала цитатами из песен одного из величайших музыкальных коллективов современности – группы НОМ.

Как выяснилось позже, вероломный Освальд так зарядил нашему весёлому другу в пятачину, что образовавшаяся гематома вынудила горемыку по прибытии в город на Неве госпитализироваться и провести на больничной койке целую неделю, но это уже лирическое отступление.

Француз: Вдоволь поглумившись на перроне и составив маршрут обратного отправления и, по возможности, отяготившись билетами на поезд, каждый занялся тем, что ему было по душе. Кто уже успел ознакомиться с городом отправились зависать в харчевни, свежеприбывшие по уже проторенным тропам отправились отдать должное культурному наследию предков. Гидами-экскурсоводами выступали наши нижегородские коллеги и те из зенитчиков, кто уже не впервой почтил своим вниманием Горький-град. Прогулявшись по главной исторической улице, мощённой фигурным булыжником и плиткой, естественно, закрытой для любого транспорта (некий местный аналог знаменитого Арбата), питерцы вышли на площадь, обрамляющую территорию нижегородского Кремля. Пройти мимо такого шедевра зодчества истинные ценители всего прекрасного не смогли и бродили по этой священной земле часа два, периодически подливая в свои желудки "горючего". После Кремля внимание питерских фэнов привлёк памятник славному сыну земли нижегородской, знаменитому Валерию Чкалову. Запечатлев свои физии на постаменте, решили прогуляться по набережной, после чего следовать уже на стадион.

На трибуны "за спасибо" поначалу пускать отказывались, надеясь поживиться на приезжих болельщиках, но вмешательство руководства ФК ЗЕНИТ в который уже раз сняло проблему безбилетного прохода. С первыми мгновениями матча на трибуне с зенитовскими флагами пошла такая шиза, что никого из приехавших не оставила равнодушной. Памятуя, что этот матч последний в сезоне, питерские фэны устроили не сравнимую ни с чем вакханалию: непрерывно звучащие речёвки, песни, заряды во славие ЗЕНИТА, с ритуальным раздеванием (t^о воздуха +3, мокрый снег, северный ветер). Испытанные в тот вечер чувства единения, эйфории, коллективного духа и сейчас заставляют учащённо биться сердце, вспоминая этот выезд. Такие мгновения трудно описать, их нужно пережить!

В унисон с финальным свистком на поле вырвался Е2, задавшись целью подарить свою розетку Герасимцу. Подбежав к кумиру, Денис поблагодарил футболиста за игру и в награду исполнил некий танец, больше напоминающий ритуальные пляски африканских племен. Прервать этот артистический номер отправился пожилой милиционер в чине майора. Не сочтя возможным для себя выйти на поле, он остановился на бровке и обратился к вожаку питерских волков со следующей фразой, воспроизводимой дословно: "Будьте любезны(!), покиньте, пожалуйста(!!!), поле". Онемев от такого обращения к своей персоне, Денис в состоянии транса покинул "зелёную" поляну. Такого обращения со стороны милиции он за свои 135 выездов ещё не слыхал. Да где, в печально знаменитом своими безбашенными момоновцами Нижнем, метко окрещённым фэнами ОМОНОВСК-CITY.

Со стадиона, под ненавязчивой опекой стражей порядка, вся грядка прошествовала на вокзал, где распрощавшись с ехавшими на автобусе, погрузилась в сидячку до Москвы. Что интересно: ни одного безбилетника не выписали, зато в Коврове выписали Сабониса и Смолина, которые стали козлами отпущения за беспредел, устроенный фанатами в вагоне.

Сабонис: Уж не знаю, какими мы там стали козлами отпущения, но если бы вышеуказанный беспредел продолжался, когда нас выкидывали, мы бы спокойно доехали до Москвы.

Всё спровоцировали сами менты. Поезд стоял в Коврове. Мы со Смолиным и Виалли стояли в тамбуре и пытались уломать проводницу выпустить нас подышать. В этот момент в тамбур вломились менты и с криками "Что за хуйня?" толкнули Смолина на стену, а меня вглубь тамбура. Естественно, завязалась потасовка, в результате чего к ментам подоспела подмога в лице их ковровских коллег, а к нам на помощь никто не пришёл, и мы со Смолиным оказались в ковровской каталажке. Дальнейшая схема проста. Около часа нас парили в аквариуме, ещё полчаса решали, куда нас везти, потом полтора часа возили на полуразвалившемся драндулете с надписью "Спецмедслужба" (никогда не думал, что город Ковров настолько велик, что по нему можно ездить полтора часа), после чего мотор колымаги заглох и не подавал признаков жизни минут пятнадцать. Мы уже было собрались погибать молодыми от голода и холода, но свершилось чудо, и уже через несколько минут, пощипанные, но не побеждённые, оказались в местном трезвивателе. Там мы провели самые приятные минуты за всё время пребывания в Коврове. Местный персонал высказал недоумение, зачем к ним привезли трезвых людей (ещё бы, в этой холодильной камере за полтора часа протрезвился бы даже Е2) и, пообщавшись с нами на тему футбола, Питера и драгметаллов, всем скопом вывалил показывать нам, как дойти до вокзала. Мы поздравили всех с наступающим Днём мента и двинулись в сторону вокзала. Конечно же, общение было приятным, но сомневаюсь, что ради этого стоило вылезать из тёплого поезда...

Пройдя несколько метров, мы были точно молнией поражены – на каком-то мифическом пустыре, среди всякой рухляди и хлама, на обшарпанной стене покосившегося гаража, в непосредственной близости от ковровского вытрезвителя, пульверизатором была выведена зенитовская стрелка. Не "Спартак", не ЦСКА, и даже не "Локомотив"... Приятно, чёрт побери, что и сюда добрались наши собратья. Видимо для таких вот путников в ночи и пишутся все эти стрелки.

Фотик: Погоревав о безвременно покинувших нас товарищах, мы благополучно доехали до Москвы, а оттуда на собаках – до Твери. Примерно две трети присутствующих купили билеты на поезд "Кисловодск-Питер", остальные, разумеется вписывались. Я оказался единственным, кому не удалось вписаться в поезд. Ощутив весь "кайф" своего положения и искренне порадовавшись за себя, я сел на собаку до Бологое. В сознании проносились картины завтрашнего прибытия домой. Родителям я обещал, что приеду в понедельник утром, а в собаку из Твери сел в 16:00 в этот же самый понедельник. Короче, финиш... Однако то, что произошло дальше, заставило меня ещё сильнее укрепиться в своей вере в Бога и в том, что он мне покровительствует. В дороге я разговорился с женщиной, которая оказалась церковной проповедницей, живущей в Бологое. И этот человек, даже имени которого я не знал, покупает мне билет до Питера на ночной поезд. Затем я отправился к ней домой, где зависал ещё в течение трёх часов.

Идя по ночному Бологое в направлении станции, я чувствовал, что в этот момент люблю весь мир. На станции я просто выпал в осадок, увидев дюжину юных питерских кинологов. С минуту посмотрев друг на друга, мы принялись рассказывать наперебой о перипетиях выезда. Для меня, в принципе, он уже закончился. А фаны, ехавшие на электричках, приехали в Питер лишь в шесть часов вечера на следующий день... Во вторник на мини-футболе собрались уже почти все, кто был в Нижнем. Так завершился последний выезд сезона.